Двадцатый век, «век войн и революций», был чрезвычайно богат на незаурядных, выдающихся людей — возможно, ещё и потому, что за это время население нашей планеты выросло почти в четыре раза, с 1,6 млрд до 6 млрд человек. Так что и статистическая база для выбора сильно расширилась. Но фигура лидера одной из революций, Кубинской, Фиделя Алехандро Кастро Руса (13 августа 1926 г. — 25 ноября 2016 г.), столетие со дня рождения которого мы в эти дни отмечаем (хотя есть данные, включая аутентичную церковную запись о крещении, согласно которым в действительности он появился на свет годом позже), явно находится вне рамок любой статистики, занимая одно из самых видных мест, а окружающий этого человека ореол легенд и мифов настолько насыщен и ослепителен, что стал неотъемлемой частью не только его жизненного пути, но и всего столетия в целом. И нет никаких причин полагать, что в обозримой перспективе такое положение дел способно измениться.

Фидель, сын пробившегося из «низов» землевладельца-эмигранта из Испании, в отличие от своего отца, получил блестящее образование сначала в учебных заведениях францисканцев и иезуитов, а затем — на юридическом факультете Гаванского университета, приобрёл известность после возглавленного им штурма казарм «Монкада» 26 июля 1953 года и своей речи на суде 16 октября того же года, названной по последним словам: «История меня оправдает». Впрочем, ещё до того «прилежный студент и отличный атлет, имеющий блестящие перспективы» (из университетской характеристики) отметился причастностью к мятежам против правых правительств Доминиканской Республики (1947 год) и Колумбии (1948 год), а его революционная деятельность началась и того раньше: ещё тринадцатилетним он поддержал восстание рабочих на сахарной плантации собственного отца. После же высадки с яхты «Гранма», победы Кубинской революции, а затем разгрома инспирированного США вторжения на Плайя-Хирон, Карибского кризиса и дальнейшего, длящегося уже более полувека противостояния Острова свободы с американской гегемонией известность Фиделя Кастро стала уже не просто данностью его биографии, но и постоянно действующим фактором мировой политики.

Как представляется, суть этого феномена можно описать при помощи следующего образа: не являясь фанатом сёрфинга (в отличие от обожаемого им дайвинга), Фидель Кастро тем не менее, в то время как большинство стран Азии и Африки, а также их ведущие политики после Второй мировой войны, используя текущую конъюнктуру, стремились всеми силами освободиться от колониальной зависимости, уверенно, с запасом на всю свою жизнь и даже более того, «оседлал» несколько иную, менее очевидную политическую «волну» — антинеоколониализм, что, помимо всего прочего, навсегда превратило его во «врага номер один» для Соединённых Штатов Америки, на государственном уровне исповедовавших и проводивших неоколониальную доктрину, впоследствии переросшую в современный глобализм. Куба как раз стала по итогам испано- американской войны 1898 года одним из самых первых полигонов этого неоколониализма — формальная политическая независимость государства при полном финансово-экономическом контроле над ним со стороны США: «Дайте мне управлять деньгами страны, и мне будет совершенно всё равно, кто издаёт её законы» (приписывается Майеру Ротшильду). К 1953 году последствия такой неоколониальной системы для Кубы, расположенной менее чем в двухстах километрах от побережья Соединённых Штатов, успели проявиться в полной мере, и никаких иллюзий на данный счёт нигде уже не оставалось. Особенно в самом кубинском обществе. «Он, конечно, сукин сын, но он наш сукин сын» — этот отзыв Франклина Рузвельта о никарагуанском диктаторе Анастасио Сомосе в полной мере можно отнести и к другим лидерам стран Латинской Америки, в том числе к возглавившему в 1933 году «заговор сержантов» на Кубе Фульхенсио Батисте, который после этого более четверти века (с косметическими перерывами на «демократию») правил крупнейшим островным государством Карибского моря, превращённым американскими неоколонизаторами в свою сахарную плантацию, а заодно — в заповедник дикой безработицы, нищеты и всех сортов социальной деградации. В марте 1952 года под руководством Батисты был совершён новый военный переворот («Батистасо»), «законность» которого быстро признал официальный Вашингтон.