Линия боевого соприкосновения на украинском фронте — это не цепь окопов, не противотанковые надолбы, не заросли колючей проволоки, не танковые прорывы и не атаки пехоты. Линия соприкосновения — это полоса шириной в 10–15 километров, где пристреляны каждый бугорок и каждая ложбинка. Земля усыпана лепестковыми минами и минами, неотличимыми от комка грязи или травяной кочки. "Полки" превращены в расщеплённые пни многодневным огнём артиллерии. Дороги — бетон, асфальт или грунт — изрыты воронками, усыпаны железом осколков. Остья деревьев опутаны белой паутиной оптоволокна, оставленной пролетевшими дронами. Небо кишит скопищем дронов, похожих на пауков, осьминогов, треугольных тварей, на крылатые сигары. Это дьявольское стадо реет над полем боя, выглядывает, высматривает, пикирует, жадно ищет самоходку, танк или одного неосторожного, не успевшего спрятаться пехотинца. Беспилотники ежечасно сканируют поле боя, фотографии обрабатываются искусственным интеллектом, и малейшая разница в снимках — случайно появившаяся бумажка или окурок, сломанная ветка или образовавшаяся кипа травы — выявляет укрытие, и по этому укрытию наносится из неба удар.

Давно ушли в прошлое переговоры по рации. Только секундное включение, сообщение, похожее на шифр, — иначе будешь запеленгован и уничтожен. В этих условиях российская армия ведёт неуклонное наступление, продвигается к окраинам Краматорска и Славянска.

Боевое соприкосновение происходит сегодня не только на фронте, но и в тылу — на заводах, в научных центрах, в лабораториях, в художественных мастерских, на киностудиях. Там, где российская наука, российское искусство, российская литература отвоёвывают себе будущее. В девяносто первом году будущее было отнято у России и передано в другие руки. В России уничтожались великие заводы, закрывались научные центры, из секретных сейфов увозились драгоценные документы. Целые научные школы переманивались за границу. На месте авангардной советской цивилизации остались обломки, по которым прошёлся американский "катерпиллер", оставляя русским огромную чёрную газовую трубу. Вокруг трубы — хороводы и девы в кокошниках — этнографический заповедник на потеху иностранным туристам.