Вот уже который сентябрь глобальное медиапространство в первой декаде месяца заполняется воплями на английском с американским акцентом. Обычно причина понятна: каждая следующая годовщина 11 сентября обозначает всё растущий разрыв между теми, кто привык с серьёзным лицом воспринимать официозную скорбь и общепринятую версию о "теракте", теми, кто в попытках спасти свою психику пропустил эти скорбь и версию сквозь сито иронии, недоверчивыми конспирологами и внимательными наблюдателями, а также вчерашними маргиналами, чьё мнение становится всё громче год от года, — эти говорят, что теракт был оправдан и что так этим американцам и надо. Но сейчас сентябрь совершенно особенный.

10 сентября — годовщина убийства Чарли Кирка. Строго говоря, конечно, он Кёрк, но англоязычное звучание фамилии этого проповедника в том числе и протестантских идей перекликается со словом church ("чёрч", церковь по англ. — Ред.), так что нам уместнее называть его в соответствии с прямым написанием, напоминающим слово "кирха". Как вы помните, он выступал в кампусе Университета долины Юта, был убит выстрелом в шею в ходе дискуссии со зрителями, убийцей якобы оказался какой-то полубезумный левак, живший с транссексуалом. Год назад у нас описывались перспективы политического раскола, который должно было вызвать в поляризованном и напряжённом обществе это убийство. Но то, что произошло за этот год, напоминает либо жесточайшую насмешку судьбы, либо же — что скорее всего — спланированную и блестяще проведённую медиакампанию, выполненную с идеальным учётом вкусов местной публики и знанием специфики культуры эпохи соцсетей.

Сразу скажу, что подробного рассмотрения личности покойного и теорий о его убийстве здесь не будет. Чарли был активистом из молодёжного движения республиканцев, причём предполагалось, что лет после 35, обзаведясь связями, репутацией, идейным наполнением и миллионами избирателей, он должен был бы ворваться в большую политику. Близкая работа с британскими коллегами по правому движению вызвала в начале прошлого лета у Кирка, до того бывшего убеждённым сионистом, критику Израиля. Подруга Кирка Кэндис Оуэнс — жена одного из упомянутых британских коллег, популярная публицистка и гостья России в этом году — усмотрела в этой критике причину его убийства, но ни критика Израиля, ни сами версии убийства уже значения не имеют.